Из Ясной Поляны
(Журнал для детей)

Книжка 3.
Одесса.
Издание второе А. Орлянская, исправленное и дополненное. 1874.

Дозволено цензурой. Одесса, 28 ноября 1873 г.

Робинзон

Жил в Гамбурге богатый купец, у него было три сына. Старший сын пошел в полк служить и когда сделалась война, его Французы убили. Другой сын стал учиться, сделался болен — и тоже умер. Остался один сын, меньшой,— его звали Робинзон. Отец и мать любили последнего сына, берегли пуще глаза, и очень его баловали. Робинзон не хотел учиться, они его не заставляли, и он делал что хотел. Молодой Робинзон вырос, и отец с матерью не знали, что с ним делать. Ему уже было семнадцать лет. Отец хотел сделать его купцом, а Робинзон говорит: «Я не хочу быть купцом, а хочу в чужие страны,—путешествовать.»

А отец не пускал его, говорил, что он еще мало смыслит, чтобы путешествовать.

Матери тоже жалко стало своего сына; она и говорит ему: «милый ты мой сын! как ты поедешь в чужие страны, кто за тобой смотреть там будет? или тебе не жалко твоего отца и матери!»

Раз пошел Робинзон на берег моря разгуляться и увидел там своего друга. Друг его был сын капитана, начальника корабля. Он ехал с отцом в Лондон, главный город в Англии, и говорит Робинзону: «Хочешь, поедем с нами в Лондон?» А плыть нужно было через большое море, не мелкое. А Робинзон говорит: «я бы рад, да отец с матерью не пускают!» Друг ему и говорит: «чего боишься? Мы скоро вернемся, и ты дома расскажешь, где был и что видел.» Робинзон говорит: «как же я поеду, когда у меня денег нет!» А друг говорит: «об этом не тужи: я дам тебе своих денег.»

Робинзон подумал, подумал, да и говорит: «ладно, я поеду с тобою.»

На другой день Робинзон рано встал, оделся, сел на корабль и они поехали; а друг приказал своему слуге, чтоб пошел к отцу Робинзона и сказал, что они в Лондон на три недели поехали. Когда они совсем уже от берега отъехали, то капитан велел из пушки шесть раз выстрелить. И Робинзон был очень рад, что он едет путешествовать. День был хороший и они плыли благополучно. На другой день они выплыли в самое большое море. Робинзон удивился, что ничего не видно, только небо да море.

На третий день начался большой ветер, гром и молния, буря; дождь пошел как из ведра; матросы держались за что попало, чтобы их в море не снесло; все на корабле испугались и думали что корабль пропадет. И Робинзон тоже испугался, ему сделалось тошно,—он думал, что сейчас умрет. Он начал плакать и говорить: «милые мои родители! вы не увидите больше меня; зачем я поехал?»

А ветер делался все больше и больше: паруса дорвало и дальше уже нельзя было плыть, а снизу еще, со дна, корабль пробило и стала вода в него течь. «Теперь мы пропали!» закричали все. Робинзон, как услыхал это, тот и упал на землю, как мертвый. Все стали выкачивать воду, чтоб корабль не потонул. Один солдат и говорит Робинзону: «что ж ты один лежишь! не видишь, все работают; мы все до смерти измучились, таскавши воду.»

Робинзон через силу встал и начал таскать воду. Тут капитан приказал из пушек стрелять: думал, может, недалеко есть другие корабли, так услышат и дадут помощь. А Робинзон, как услыхал этот треск от пушек, подумал, что корабль развалился и опять упал замертво.

Однако сколько воду ни качали, а она все больше прибывала. Все думали, что корабль потонет и начали бросать в море пушки, бочки, съестное, чтобы корабль легче сделать.

А недалеко плыл другой корабль и услыхал где-то стреляют, послал большую лодку. Эта лодка не могла близко подойти к тому кораблю, где Робинзон был. Насилу могли кинуть им канат, они за него ухватились и притянули лодку к самому кораблю. Тут все начали в эту лодку скакать с корабля, и Робинзона тоже бросили в лодку, потому он не чувствовал ничего и был как мертвый. Лодка привезла их к кораблю и все были рады, что спаслись от смерти.

Когда приплыли в Лондон, Робинзон пошел посмотреть, что это за город, и когда ему захотелось есть, он пошел к капитану, который взял его из Гамбурга.

Когда сели обедать, капитан и говорит Робинзону: «зачем ты в Лондон приехал, — дело есть какое, или отец послал?»

А Робинзон говорит: «У меня дела тут нет: я от отца ушел тайком.»

Капитан на Робинзона осерчал и говорит: «Робинзон, ты не хорошо сделал, что убежал от отца; вернись назад в Гамбург и попроси у отца прощения,» — и он дал ему денег.

Робинзон пошел на гавань, где корабли пристают, и стал думать: «как я теперь на глаза отцу покажусь?» Он стал спрашивать у одного человека, не будет ли корабль такой в Гамбург, — а он говорит ему: «нет, в Гамбург не будет.» А этот человек был корабельщик, и скоро ехал в Гвинею, в Африку.

Робинзон ему и говорит: «а ты сам куда едешь?» Корабельщик говорит: «я еду далеко, в Африку, там есть земля—Гвинея называется, и там люди черные,—Негры живут.» Робинзон и говорит ему: «а далеко эта земля?» Корабельщик и говорит: «далеко; хочешь, поедем со мной туда.» Робинзон говорит: «у меня денег нет.» Корабельщик говорит: «я тебе дам своих денег, а ты накупи топориков, ножей, разноцветных стекол… За проезд я ничего с тебя не возьму.» Робинзон ему и говорит: «зачем покупать это все, что ты сказал,—мне не нужно.» Корабельщик говорит: «купи; Негры не смыслят в этом,— они тебе за это дадут много золота и слоновой кости.» А Робинзон говорит: «на что слоновой кости?» Корабельщик ему говорит: «потому что она очень бела и за нее дорогую цену дают.» Робинзон и говорит: «ну, ладно, я пойду с вами.»

Они сели на корабль и поехали. Плыли они долго и увидали землю; Робинзон спросил: «какая эта земля?» А корабельщик говорит: «это остров Мадера, там вино из винограду делают и оно называется мадерой. Еще там птиц—канареек много, и они поют очень хорошо.» Робинзон и говорит: нельзя ли мне пойти на этот остров Мадеру?» А корабельщик ему говорит: «можно, потому я корабль свой чинить тут стану.»

Они вышли все на берег и Робинзон пошел гулять по острову. А там винограду много росло, он поел его не в меру, насилу домой пришел.

Корабельщик ему и говорит: «Ты, Робинзон, гуляй теперь сколько хочешь, — я стану здесь корабль свой починить.»

Робинзон прожил три дня, ему и скучно стало. Пришел он на берег моря и стал глядеть, видит — корабль плывет прямо к берегу. Когда он приплыл, Робинзон и спрашивает у корабельщика: «куда вы плывете?» Корабельщик говорит: «мы едем в Бразилию.» А Робинзон ему говорит: «в какую это Бразилию?» Корабельщик говорит: «это далеко отсюда, в Америке. Там дикие люди живут, и много там золотого песку и драгоценных камней.» Робинзон ему говорит: «возьми меня с собою.» Корабельщик говорит: «ну что ж — поедем.» Они и поехали.

Плыли они дней пять благополучно, а потом сделалась буря. Шесть дней была эта буря, и корабельщик не знал, куда занесло его корабль.

Раз поутру все вдруг закричали: «земли, земля! Видно землю!» Только это сказали, корабль ударился об камень, пробило дно и вода стала его заливать. Все начали плакать, кричать, бегали туда — сюда и не знали, что делать. Потом спустили большую лодку, сели в нее, и поплыли к берегу. А вода так и заливала лодку. Тут большая волна набежала и перевернула лодку верх дном. Кто сидел на ней, попали все в воду, и крикнуть не успели.

II

Все потонули, только одного Робинзона волна выбросила на берег. Он долго лежал как мертвый; когда открыл глаза, видит, он один: все потонули, и корабль потонул. Ему стало жалко, что его товарищи потонули, и он стал плакать. Потом помолился Богу и пошел посмотреть, что за земля такая, куда его выбросило. Ходил, смотрел везде, и видит, что хлеба тут не растет и людей нет, и ему стало жутко. Сел он и думает: «Теперь я, все равно с голоду умру. А может тут есть звери дикие и они меня съедят,» — и он начал опять плакать. Потом ему захотелось спать; на земле лечь он боялся, чтоб звери его не съели,—он влез на дерево, сел там на сучек и заснул. И снится ему будто он дома, отец с матерью плачут, и с тоски совсем худые сделались, и он сам заплакал и закричал «я здесь!…» Только успел закричать, повернулся во сне и упал на землю. Дерево было невысокое, а внизу трава большая росла и он не больно ушибся. Когда начало светать, он слез с дерева и ему очень есть захотелось. Он уже другой день ничего не ел. Он стал плакать, упал на землю и говорит: «зачем я не потонул: все равно, умру с голоду!» Поднял голову и видит ястреб морской летит с рыбою во рту. Вот он и говорит: «зачем я плачу! Бог птицу питает и мне пошлет,» и ему стало веселее.

Он пошел на берег моря и видит там много раковины лежит. Робинзон одну разбил камнем и попробовал: она ему показалась хороша, и он наелся их. Когда наелся, пошел и видит — ручеек бежит с чистой водой,—он напился и помолился Богу, что не умер с голоду.

Когда настала ночь, ему опять стало страшно, он опять стал плакать и думать: «все равно: с голоду не умер, придут сюда дикие люди и убьют меня». Он влез на дерево, привязал себя поясом к большому суку и заснул.

Поутру он встал, отломил от дерева толстую палку и пошел на высокую гору посмотреть, не видно ли где-нибудь человека, или деревни какой. Гора крута была, и насилу взлез на нее. Когда посмотрел кругом, видит, что он на острове, а кругом все море. Остров был большой, а на нем не было ни деревни, ни города: все горы, да леса, да степь, больше ничего не было. Робинзон и стал думать, как бы ему избу себе построить, а у него ни топора не было, ни пилы. Думал, думал, смотрит растут деревья молоденькие, на иву нашу схожие. Он обрадовался и говорит: «накопаю я руками этих деревьев и сделаю себе загородку, и меня не будет приметно, что я тут живу.»

Когда он стал деревья копать, увидел в самой горе пещеру и вход в нее был узкий, как нора. Когда бы у него была лопата, он тут выкопал бы себе жилище. Он стал руками выкапывать молодые деревья и насаживать кругом этой норы. А на том острове круглый год зимы не бывает, жара такая; и он утомился работавши, сел отдохнуть и слышит, шумит что-то; он пошел, видит, ручей течет, он обрадовался и говорит: «вот хорошо! вода у меня близко будет». Целый день он деревья пересаживал, а вечером влез на дерево, привязался поясом и заснул.

Поутру Робинзон встал и пошел на берег моря поискать раковины; он шел по другой дороге и видит — растет большое дерево и на нем большие плоды — как у нас тыквы. Он сорвал один. Кожа на нем была твердая и Робинзон насилу разбил ее камнем: в середине было зерно мягкое и сладкое, и Робинзон съел четыре таких плода. Эти плоды называются кокосовыми орехами, а деревья кокосовые пальмами. Наевшись, он пошел на берег и насобирал там устриц. Потом нашел острый камень, похожий на заступ, взял его с собою, и его работа пошла скорее.

Раз, когда он шел на берег за раковинами, увидел растение, похожее на коноплю; он нарвал этого растения, намочил в морской воде и повесил сушить; из него можно вить веревки. Набрал он еще раковин, пошел домой. Ходивши, он умаялся и сел возле ручейка отдохнуть и пообедать. Только он сел под деревом, начал есть кокосовый орех, слышит шум; он испугался и орех уронил, оглянулся и видит стадо каких-то животных прибежало к ручью воду пить. Он и не видал никогда таких животных, потому что они живут только в жарких странах,—схожи на оленя, а голова как у лошади. Их называют ламами.

Робинзон, как увидел их, и вспомнил, что он давно не ел мяса, и захотелось ему убить одну ламу. Он спрятался за дерево, и когда одна близко подошла к тому дереву, он ударил ее каменным топором по голове и убил. Когда убил и думает: «Как же я ее есть стану? сырое мясо нельзя есть, а горшка у меня нет, чтоб ее сварить, да и огня нет» Он взял ламу на плечи и понес домой. Идучи дорогой он вспоминал, что дома ему рассказывали, как дикие люди добывают себе огонь: возьмут два сухих полена и начинают тереть одно об другое, пока загорится. Он и думает: «приду домой, тоже так огонь достану.» Когда пришел он домой, выпотрошил ламу, шкуру повесил сушить на солнце, а сам обстругал палку, заострил с одного конца, чтобы натянуть мясо и жарить, взял два полена и начал тереть одно об другое, однако огня не добыл, потому что силы у него не было, а тереть нужно долго. Тогда он вспомнил, что Татары едят мясо сырое, только распарят его под седлом. Робинзон отыскал два плоских камня, положил на один мясо и стал другим камнем бить: оно скоро распарилось и его можно было есть. Он надавил туда соку из лимонов и мясо стало очень вкусно.

Поевши, Робинзон подумал, что с ним будет, когда настанет зима. Он не знал, что в этом краю зимы не бывает. Он и думает: «пойду завтра на охоту, набью лам, — и из шкур сделаю себе шубу и сапоги теплые, и шапку, тогда зима мне будет нестрашна; а ламы смирны,—не трудно набить их».

На другой день Робинзон стал собираться на охоту. Только высунул голову из пещеры, смотрит, дождь ливмя льет. Он думал переждать, пока дождь пройдет, а дождь все сильнее становился. Началась гроза: молния сверкала и гром гремел, так что земля дрожала. Робинзон боялся грозы, забился в угол и стал ждать пока гроза утихнет. Скоро молния перестала совсем и грому не слышно стало. Он взял свою сумку и хотел идти на охоту, и вылез из пещеры. Вдруг блеснула молния и гром ударил так сильно, что Робинзон упал на землю, как мертвый. Когда опомнился, видит возле пещеры лежат сучья, ветки,—это с того дерева, что на верху пещеры росло, его молнией расшибло. Робинзон и думает: «как я теперь лесенку свою привяжу? Дерева нет и привязать больше не за что». Дождь совсем перестал, он вышел на верх и очень обрадовался: видит, что дерево зажгла молния и оно горело. Он взял одну головню и развел у себя огонь; потом взял мясо, воткнул его на палку, которую еще вчера обстругал и заострил, и начал его вертеть над огнем; когда оно изжарилось, побежал к морю, зачерпнул морской воды в кокосовую скорлупу, полил мясо и оно сделалось соленое, потому что морская вода соленая. Когда Робинзон хорошо наелся, то стал думать: «как я сберегу этот огонь? в пещере нельзя, —она мала и меня там дымом задушит; на дворе держать его,—пойдет дождь, зальет… Дай сделаю себе печку». Он припомнил, что как ходил к морю, видел на берегу глину, и пошел за ней. Глина от дождя размокла, он ее накопал, наделял кирпичей и на солнце сушить положил. Потом пришел домой, поел и ему скучно стало. — «Хоть бы у меня собака или кошка была,» подумал он. Посмотрел вокруг и видит — наверху паук паутину растянул; он его накормил мухами и был очень рад, что с ним паук живет. Потом пошел на двор копать яму для печки; стал копать, выкопал большой кусок золота и говорит сам себе: «на что мне это золото? тут люди не живут, купить ничего нельзя. Вот кабы железо я нашел, сделал бы из него себе топор или нож». Взял золото и отбросил в сторону.

На другой день Робинзон встал рано,— подложил дров в огонь и хотел изжарить остальное мясо, но оно испортилось от жары; он его бросил и в тот день мяса не ел. Стал опять собираться на охоту, взял сумку и в ней нашел картофель. Он положил его на огонь, думал что-нибудь выйдет из того. Потом пошел кирпичи делать и много наделял. Умаялся, пошел отдохнуть на берег моря и поискал раковин и увидел на песке какое-то животное: сверху и снизу на нем толстая кора, только из под нее видны четыре ноги и голова; оно все круглое, называется черепахою. В ней было пуда два весу и Робинзон насилу принес ее домой. Когда принес, топором разрубил кору, потом вытащил оттуда мясо черепахи, зажарил и съел; остальное полил морскою водою, чтоб не испортилось от жары.

Тут он вспомнил, что вчера положил в огонь картофель, вынул его, попробовал и он ему показался очень хорош; Робинзон был очень рад, что картофель можно есть вместо хлеба. Печку свою он не мог делать, потому что кирпичи еще не высохли. Хотел он на охоту пойти, да подумал: «куда я дену все мясо?» — и начал думать, как его просушить. Придумал, что сушить можно будет в печке, повесив повыше огня.

Робинзону стало скучно с пауком и он хотел достать какое-нибудь другое животное. — «Вот, если бы ламу поймать и приучить к себе!». Он свил длинную веревку и сделал петлю на конце; и на другой день думал пойти к ручейку, куда ламы пить приходят. Кончивши веревку, он пошел к морю выкупаться; стал скидать рубаху и видит, она грязная стала и дыр на ней много. Робинзон ее вымыл, повесил сушить, а сам полез в воду. Там, где он купался, плавало много рыбы, можно было руками ловить, а неводом можно бы сразу тысячу поймать. Робинзон вышел из воды, надел чистую рубаху и пошел домой.

На другой день он рано встал, обвязал себя веревкою, положил в сумку жареного картофеля, кусок жареной черепахи и пошел ловить лам.

По дороге попадалось много птиц разных; ему хотелось очень поймать хоть одного попугая и приучить к себе. Попугай, красивая птица и могут говорить, когда выучат их. Робинзон смотрел не увидит ли где гнезда, — нигде не видно было, а старого попугая нельзя поймать, — хитры больно. За то Робинзон нашел соль: морская вода осталась на берегу между камнями и когда солнце ее высушило — осталась соль. Он набрал этой соли в сумку и пошел ловить лам. Он сел за дерево и дожидался, пока ламы пить прибегут. Когда все стадо прибежало пить, одна лама подошла близко к дереву, где сидел Робинзон. Он накинул на нее петлю и потащил за шею к своей пещере; за ламой бежали два ягненочка. Ему нельзя было ламу с ягнятами перетащить через стену и он привязал ее к дереву. Нарубил молодых деревьев и понабивал их в землю: сделал загон небольшой, загнал туда ламу и двух ягненков. Потом Робинзон свою стену с одной стороны разобрал и сделал двор свой побольше, посадил туда лам и дал им есть. Он был очень рад, что он теперь не один.

Лама с ягненками скоро к нему привыкла, он давал им из рук траву; они уж его не боялись. Скоро ягнята перестали сосать матку и он начал ее доить и делать сыр и масло.

Паука тоже он не забывал и кормил его мухами каждый день.

Робинзон хотел развести кокосовые деревья, у него уже больше не было кокосов, он сорвал последние пять орехов, закопал их в землю и скоро показались маленькие кокосовые деревья.

Ламы привыкли к Робинзону, и стали смирны, как собаки. Он на них перевозил тяжести: нашел из прутьев корзину, связал веревкою и по две вешал через спину лам.

Когда кирпичи высохли, Робинзон начал класть печь и скоро она совсем была готова.

V

Раз Робинзон вечером поужинал, лег спать и ламы возле него.

Только он заснул, как что-то под землею загудело, будто гром, и земля задрожала. Робинзон проснулся, побежал из пещеры, ламы за ним, а земля все ухала и дрожала. Когда он выбежал за стену, увидел на одном месте гора провалилась и оттуда шел дым и огонь, вылетали камни и золa и что-то текло, будто огненная река. Это текла лава. Лава делается из растопленной серы, селитры, извести, и когда течет, горит. Робинзон испугался и побежал еще скорее, а ламы за ним. Буря была такая, что он насилу бежал. Пошел сильный дождь; такого Робинзон никогда не видывал. Вода полилась ручьем поверх земли. Сам он влез на дерево, а лам унесло водой. Робинзону жалко их, а связаться боялся, чтобы не утонуть. Когда землетрясение затихло, перестал дождь, Робинзон слез с дерева, и подумал: «теперь моя пещера завалилась и стену снесло водой, и печь упала, а ламы потонули, их в море водой снесло. Тяжело будет без пристанища и без лам. Какая ни была скотина, а все молоком кормила.» Он сел под дерево и просидел так до утра. Утром пошел к своей пещере; когда стал подходить, ему на встречу ламы бегут. Они лизали ему руки и прыгали от радости кругом него. Пещера его немного завалилась, а печь и стена были совсем целы. Робинзон был рад, что пещеру не сильно завалило и что ламы его живы.

Робинзон начал из пещеры землю и камни вытаскивать; когда повытащил, пещера побольше сделалась. Он искал своего паука и не нашел, его землей задавило, потом пошел из пещеры посмотреть на то место, откуда огонь выходил: огня уже не было, только горячая лава текла. Те кла она в ту сторону, где картофель рос. Робинзон испугался, чтобы картофель лавой не повыжгло, не затопило, и побежал туда: картофель не пропал, а где он рос, лавы не было. Вместе с лавой из горы повыбрасывало много известковых камней; он набрал их, разбил и у него стала известь; он перемешал ее с песком и стал строить каменную стену.

Когда он исправил все, то стал на зиму мяса заготовлять: поймал восемь лам и одного козла; лам убил, а козла оставил вместе с своими ламами; мясо в печке просушил. Мяса ему показалось мало и он пошел еще ловить лам, но не поймал,— потому что ламы знали его и боялись уже подходить. Он выкопал яму и прикрыл ее ветками и травою; когда ламы пришли пить, он закричал,—они испугались и побежали в разные стороны, а две в яму упали.

От землетрясения гора в одном месте обвалилась и сделалась пещера. Робинзон увидел это и говорит: «это будет хороший погреб, мясо складывать,—оно тут не станет портиться». Взял и свалил сюда мясо.

Потом он нарвал много травы и поставил на двор стог, но трава была сырая,—перепрела и стала дымиться, и чуть не загорелась. Тогда Робинзон разбросал эту траву, нарвал свежей, высушил ее хорошенько, опять сложил в стог на своем дворике и говорит: «теперь ламам будет что зимою есть, с голода не умрут.» Потом нарубил дров, набрал много картофелю, сорвал все лимоны, сколько было на дереве, сделал все, что нужно было и стал дожидаться зимы. А зимы все не было. Пошли изо дня в день дожди, а все было тепло. Робинзон сидел в пещере, никуда не выходил и стал придумывать, что ему делать: он стал из глины горшки лепить,— наделял много горшков, две лампы, сковород из глины понаделывал. Когда сделал все это и говорит: «дай я себе сплету невод, буду рыбу ловить», и стал плесть невод, из тоненьких веревочек, и через неделю сплел. А дождь все шел и ему никуда выходить нельзя было. Он опять думает: «чтобы такое еще сделать?» Придумал сделать лук и стрелы. Он пошел, выбрал гнучее дерево и стал своим топором зарубочки на краях делать; потом к обоим концам на зарубочки привязал веревку и начал сгибать; дерево было хорошо и скоро согнулось. Потом он стал делать стрелы; у него не было железа, чтобы набить на концы стрел. Он подумал: «может можно из рыбьих костей наконечники на стрелы сделать», и пошел было к морю костей набрать, посмотрел и видит то золото, которое выкопал, когда печку клал. Он его толкнул ногой и говорит: «проклятое золото! зачем ты не железо, я бы из тебя наконечники на стрелы поделал». Взял и забросил его. Потом сбегал к морю, набрал острых костей, стрел наделять, а стрелы были такие: на одном конце острая рыбы кость, а на другом перья. Перья для того, чтобы прямо стрелы летали. Еще он сделал себе копье, на конце вместо железа острый камень насадил.

Горшки высохли. Робинзон и думает: «дай в один горшок накладу сала из ламы, сделаю фитиль, зажгу и будет у меня светло по ночам». Он положил сало в горшок и хотел растопить, поставил на огонь; горшок как нагрелся, сало и просочилось сквозь него. Робинзон стал думать, от чего это? — припомнил, что они не обмуравливались и хотел их обмуравить, чтоб они внутри как стекло сделались. Он всунул их в большой огонь, а они лопнули и развалились. Ему было жаль горшков и он думает: «подожду, как дождь пройдет, тогда на дворе огонь ярче разведу и там попробую, — может не лопнут».

Робинзон стал ждать, пока дождь перейдет. У него рубаха и штаны разорвались и их нельзя было носить. На том острове, где он жил, всегда было тепло, можно было голым ходить, за то мух и комаров водилось много и они кусали больно, так что все тело пухло. Он и стал из кожи лам делать себе обувь, штаны и кафтан. Каменным ножом вырезал куски этой кожи, — а сшить ему было нечем, ниток и игол у него не было. Он прорезал дырочки и связал куски кожи веревочками, где нужно — и стал у него коротенький кафтан, штаны и обувь, все из кож лам. Потом сделал себе на лицо такую личину из твердой кожи, — для глаз и для рта, дыры в ней прорезал — сделал шапку тоже из кожи, — к верху острую, — и оделся во все это, и стал, как зверь какой, весь лохматый и на человека не похож. А старую рубаху и штаны скинул, вымыл, повесил на камень в пещере и говорит: «Это я стану по большим праздникам надевать.»

Когда дождь перестал, Робинзон пошел к морю и стал глядеть на него и ему стало скучно. Он сел на берег и стал думать: «так и буду тут жить один? — Если бы корабль такой приехал, да взял меня домой отвезть… А как корабль узнает, что тут есть кто-нибудь? — Нужно знак сделать.»

Он пошел в пещеру, взял старую рубаху, вырубил высокое деревцо, навесил сверху на него рубаху, вкопал в землю и говорит: «рубаху станет ветром раздувать, на корабле увидят и приедут за мной… Нужно надпись сделать.» Он вырезал каменным ножом большими словами: «спасите бедного Робинзона.»

Ему все-таки хотелось обмуравить свои горшки. Он развел на дворе огонь и их поставил. Когда они раскалились и потом остыли, он вынул их и заметил, что один на дне обмуравился. Робинзон припомнил, что в том горшке было немного соли и хотел на другой день все горшки полить соленой водой и сухой солью посыпать, но ему сделалось тошно и он крепко заболел. Он лег, а встать не мог; дров некому было подложить в печку и огонь погас совсем. Робинзону показалось, что он помирает, и он стал молиться и все смерти ждал.

VII

Робинзон был болен недели две, потом стало ему полегче и он съел картофель и половину лимона. Ламы подошли к нему и лизали его руки; он старую ламу подоил и напился свежего молока. Через три дня он мог ходить. Он вышел на двор, огонь потух совсем, а горшки были обмуравлены очень хорошо, будто горшечник их делал. Робинзон этому обрадовался и говорит: «теперь я могу сварить себе мяса.» Он начал рыть в золе,—огня не было и ему нельзя было есть вареного мяса. Он говорит: «ну, что ж, и буду есть картофель, буду пить молоко, а может, после добуду огня.» Ему стало без огня еще скучнее и он стал думать, как бы ему домой вернуться. Для этого хотел он лодку себе построить, и пошел дерево отыскивать. По дороге ему попала индийская рожь, что у нас называется сорочинским пшеном. Он нарвал колосьев и положил в сумку. Потом нашел дерево, на нем бобы росли,—он и этих бобов нарвал и в сумку положил; потом еще одно большое дерево нашел, на нем большие плоды росли, как кокосы. На одной стороне дерева было большое дупло и Робинзону показалось, что это дерево годится на лодку. Он заметил место, где оно росло и пошел домой. По дороге увидел гнездо с попугаями и одного домой взял, чтоб его приучить выговаривать несколько слов. Когда пришел домой, сделал клетку и попугая туда посадил.

Робинзон все думал, рубить ему большое дерево на лодку, или нет? Он долго думал, потом и говорит: «срублю, сделаю лодку и поеду на ней в свою землю, в Гамбург, а не то в другую какую землю, где белые люди живут». На другой день он рано встал, взял свой каменный топор и пошел к тому дереву. Каменный топор был туп и Робинзон в полдня вырубил только на полчетверти. Он и говорит: «видно дерево придется мне года четыре рубить! за то как вырублю, к отцу поеду», и стал рубить это дерево изо дня в день. Утром встанет, умоется, поест чего-нибудь и идет дерево рубить; после обеда опять рубить, потом подоит ламу, поучит попугая и ляжет спать. Попугай скоро выучил говорить слов пять, и Робинзон был этому рад: ему казалось, будто человек говорит. Попугая он называл Плехицкой.

VIII

Так Робинзон жил да жил; прожил три года и каждый день все дерево рубил, но за три года и половины не перерубил. Раз он лег спать и стал думать: «я уже три года живу тут и не знаю, что за такой этот остров и велик ли он? никогда его не обходил,— дай завтра пойду, обойду».

Поутру встал, повесил через спину ламы две корзинки, наклал туда съестного, взял лук с стрелами, копье и пошел. Он видел по дороге много деревьев, каких он прежде не видывал нигде, и ему стало жаль, что он прежде сюда никогда не ходил. Целый день ходил он,— уморился, влез на дерево и там переночевал; поутру дальше пошел. Шел, шел, видит на песке следы, будто люди босые тут ходили. Робинзон очень испугался и пустился бежать. Бежал, бежал и увидел человеческие кости валяются; тут он еще пуще испугался и не знал, что ему делать. Пошел и говорит: «Теперь я совсем уже пропал,— сюда приплывают дикие и едят людей; узнают, что я тут,— и меня съедят». Он пошел скорее домой, но уже стало темно. Он влез на дерево и хотел заснуть, слышит его кто-то по имени зовет. Он опять испугался, посмотрел, а это попугай прилетел. Робинзон его позвал; попугай сел ему на руку и все кричит: «Бедный Робинзон, где ты? куда ты зашел?»

Пять дней Робинзон думал, что сделать, чтобы дикие его не нашли, и придумал — выкопать маленьких деревьев, тех что на иву схожи, и насадить рощу, чтобы свою пещеру закрыть.

Он долго работал, вырывал и пересаживал эти деревья, и у него сделалась роща. Когда насадил эту рощу, он стал думать: «а как эту рощу дикие сожгут или повырубят и меня в моей пещере убьют! выкопаю я себе лучше под землею лазейку к лесу,—когда они сюда придут, я через лазейку в лес убегу». Он и выкопал себе лазейку.

Однако Робинзон прожил еще четыре года, а дикие все не приходили.

Раз утром Робинзон стал свое дерево рубить, и видит за горою дым большой. Он пошел на гору посмотреть, откуда такой дым идет и увидел на берегу моря много диких, на лодках приехали, разложили огонь и пляшут кругом. Робинзон увидел, что они вытащили из лодки двоих, тоже диких, — одного убили и стали жарить на огне, а другой вырвался и побежал прямо туда, где Робинзон сидел. Дикий бежал очень скоро, а за ним двое гнались; когда они близко подбежали, Робинзон ударил одного дикого в живот копьем и дикий упал. Другой дикий пустил в Робинзона стрелу, стрела ударилась в кожу и отскочила. Робинзон подбежал к нему и убил его. Дикий, за которым гнались, очень испугался Робинзона: он думал, что это не человек, потому что дикие ходят голые, а Робинзон был весь в лохмотьях, ламовых космах, в высокой шапке, а на лицо была надета личина из кожи. Робинзон махнул рукою, чтобы дикий подошел к нему; — дикий пришел, стал на колени, взял ногу Робинзона и поставил себе на спину. Робинзон поднял его и показал ему на того дикого, которого он ударил копьем в живот; тот был еще жив. Дикий человек, который убежал, взял топор и убил того другого дикого, потом вырыл яму и зарыл обоих убитых в эту яму. Робинзон и дикий взяли у мертвых стрелы и копье и пошли к Робинзоновой пещере.

Робинзон боялся, что дикие станут отыскивать своих товарищей и найдут его,— однако дикие кричали, кричали,— так и уехали.

Робинзон назвал дикого, которого спас, Пятницей, потому что в пятницу его спас. Пятница был еще молод, телом черный. Они вместе поужинали; потом Робинзон подоил ламу, а Пятница смотрел и не знал для чего это Робинзон делает;— дикие молока не едят и не знают, можно его есть или нет; потом легли спать,— Робинзон в пещере, а Пятницу он послал в погреб.

Робинзон и Пятница не понимали один другого, потому что они говорили на разных языках. Когда Робинзон хотел что-нибудь сказать Пятнице, то показывает ему руками, и Пятница делал то же, и они немного понимали один другого.

Поутру они пошли туда, где вчера дикие людоеды были. Там они нашли кости съеденных людей. Робинзон показал Пятнице, чтобы собрать эти кости в кучу и в землю зарыть. Пятница зарыл, а Робинзон стал в золе рыть, нет ли огня,—огня не было. Когда он рылся в золе, Пятница схватил топор и побежал в лес. Робинзон и не знал зачем это он в лес побежал; а он там вырубил два полена и стал сильно тереть одно об другое,—они загорелись, и Пятница прибежал назад с огнем в руках. Робинзон был очень рад, что у них опять огонь будет, он взял огонь и побежал с Пятницей домой. Когда пришли, Робинзон затопил печку, убил одного ягненка, мясо воткнул на палку и стал жарить, потом бросил в огонь картофель. Робинзон припомнил, что у него есть хорошие горшки и можно сварить себе похлебку. Он налил в один горшок воды, положил туда кусок мяса, картофелю набросал и поставил к огню. Пятница смотрел, что будет: дикие не варят, — только жарят.

Робинзон куда-то вышел, а Пятница сидел и смотрел в горшок. Когда вода стала кипеть, Пятница думал, что туда попало животное и воду мутит, он сунул туда руку, чтобы вытащить это животное и закричал так громко, что Робинзон испугался.

Собака положила нос в горшок, Пятница не хотел ее есть — боялся, а Робинзон ей был очень рад, потому что давно не ел жареного.

VIII

Робинзон жил с Пятницею и учил его говорить по своему. Пятница скоро стал понимать. Робинзон и сам выучился немного говорить на языке Пятницы. Вдвоем они сделали стену еще крепче; они боялись, что опять дикие придут, — кругом стены ров выкопали. Так жили они год вместе.

Раз Робинзон и говорит: «Пятница! хочешь жить вместе с твоими земляками?»

Пятница говорит: «хочу!» А Робинзон говорит: « а мясо человеческое будешь есть?»

Пятница говорит: «нет, не стану и землякам скажу, чтобы не ели человеческого мяса, а ели бы мясо животных и молоко.»

Робинзон и говорит: «хочешь сделаем лодку, и ты поедешь в свою землю?»

А Пятница говорит: «с тобой побуду, а один не хочу.»

Робинзон говорит: «Пятница, пойдем, я покажу тебе, какую я лодку строю?»

Они пошли. Робинзон показал то дерево, которое он срубил. Пятница стал смеяться. Робинзон говорит: «чего ты, Пятница, смеешься?»

— «Как не смеяться,— огнем можно выжечь середину лодки скорее, нежели камнем выходить».

Робинзон этому очень обрадовался. Однако работать им нельзя было, потому что началась дождливая погода. Они себе наделывали из сала свечей и вечером плели рогожки из коры: из рогожек наделывали себе кафтанов и штанов. Потом сделали невод из тоненьких веревочек.

Робинзон учил Пятницу закону Божьему, говорил ему, что есть Бог, есть Иисус Христос, и Пятница скоро стал почитать истинного Бога, а прежде он поклонялся безбожникам.

Скоро дожди перестали и Робинзон с Пятницею стали лодку делать. Через два месяца они сделали хорошую большую лодку; сделали из рогожки парус и весла сделали. Потом стали стаскивать лодку в море. Они стаскивали ее целый месяц, потому что она от берега далеко была.

Пятница хотел плыть к себе, на свой остров, а Робинзон—куда-нибудь к белым людям. Они долго спорили, и Робинзон сказал Пятнице: «если хочешь ехать к диким, поезжай один,—я не поеду.»

Пятница не хотел один ехать без Робинзона и говорит: «ну, хорошо, поедем к белым людям, да я туда дороги не знаю.»

Они взяли съестного, положили в лодку, сели и поехали. Ветер им был попутный, и они ехали скоро; вдруг попали на такое место, где вода текла очень сильно и лодка их пошла так шибко, как будто сильный ветер гнал ее. Они сняли парус, а лодка все-таки скоро шла. Тогда Пятница говорит:

— Господин! бросимся в море, а то все равно пропасть. Бог знает, куда занесет.

А Робинзон говорит: — «Нет, будем молиться Богу—может, Бог даст, спасемся.»

Уже остров их чуть было видно, Пятница и говорит: «посмотри, господин, наш остров чуть видно; как мы назад вернемся, если его совсем не видно будет? Мы дорогу не найдем!»

Только он это сказал, лодка начала пойти тише и Робинзон увидел, что тут вода тише стала: они повернули назад, далеко объехали то место, где вода сильно бежала и поехали тихо. К вечеру они приплыли на остров. Они очень есть захотели, потому что с утра ничего не ели; плотно поужинавши, они залегли спать.

Поутру Робинзон говорит Пятнице: «хочешь поехать опять с острова?»

Пятница говорит: «нет, лучше я здесь с тобою останусь. Если бы отец мой был здесь, я был бы очень рад!» А Робинзон говорит: «ну что ж? — за отцом твоим съездим.»

Пятница этому очень обрадовался и сказал, что он хорошо дорогу знает к себе на остров, потому что часто сюда с земляками приезжал людей есть.

Пятница сделал две лопаты из твердого дерева и копал ими землю под картофель; они развели у себя огород и небольшой сад.

Иной раз рыбу ловили и купались, — Пятница умел плавать очень хорошо; а то охотились, стреляли из лука птиц и молодых лам.

Пятница выучил Робинзона из плодов одного дерева хлеб добывать: она была похожа на настоящий пшеничный хлеб. Когда работа в саду и в огороде была окончена, Пятница и говорит Робинзону: «господин, поедем за моим отцом!» Робинзон сказал ему: «хорошо!» Они стали лодку готовить. Зажарили на дорогу целую ламу, нарвали разных плодов и легли спать.

IX

Только они спать легли, поднялась буря, дождь пошел, загремел гром. Робинзон и говорит: «слышишь, Пятница, если бы мы были на море, то потонули бы.» Только он сказал, как вдруг слышит — из пушки стреляют. Он побежал в кухню, схватил головню с огнем, взбежал по лестнице на гору и зажег там большой огонь, чтобы видно было. Он думал, что это корабль тонет и просит помощи. А дождь огонь залил; Робинзон раз десять дрова зажигал, а дождь все тушил,—так и не зажег.

Всю ночь он слышал, стреляли,—и думал, что корабль пристал к берегу и возьмет его в Гамбург.

Поутру, чуть светать стало, Робинзон встал и побежал на гору посмотреть, нет ли где корабля: ничего не было видно. Он побежал на другую гору, повыше, и чуть не умер от радости: не далеко от берега он увидел большой корабль. Робинзон побежал домой, закричал Пятнице: «приехали, приехали!» Пятница думал, что дикие приехали, схватил копье, лук и стрелы, и побежал за Робинзоном к берегу моря. Там он увидел корабль. Они развели на берегу большой огонь, однако никого на корабле не было видно. Пятница и говорит Робинзону: «господин, я поплыву туда». Робинзон говорит: «плыви». Пятница разделся и поплыл, а Робинзон с берега смотрел на него. Когда Пятница приплыл к кораблю, какое-то черное животное громко закричало. Пятница испугался; потом влез на корабль, животное начало кричать и ему руки лизать. Это была большая собака, а Пятница собак никогда не видал. Он стал рассматривать разные вещи, как вдруг его сзади что-то сильно толкнуло, и он упал. Обернулся, видит какое-то чудовище с бородой и с рогами; на задних лапах стоит и хочет его ударить. Он думал, что черт, и соскочил в воду, а собака за ним. Пятница услыхал, что-то за ним плывет, думал, что это рогатое чудовище нагоняет его, и очень испугался, насилу до берега доплыл. Когда выплыл и упал замертво. Робинзон испугался, думал, что он умер, и стал его обнимать и звать по имени. Пятница открыл глаза и рассказал как его напугало какое-то страшилище. Робинзон и говорит: «чего ты испугался, то не черт, а козел, у нас их много живет.»

А Пятница говорит: «Я не знал, что за козел такой, я думал черт.»

Тут приплыла собака на берег. Робинзон сказал Пятнице, что в Европе, где живут белые люди, собак много.

Когда Пятница отдохнул, Робинзон и говорит ему: «Видно, кто был на корабле — потонули; поедем на корабль, и заберем все, что там есть, а то все даром пропадет.» Пятница и говорит: «поедем, возьмем нашу лодку и подплывем на ней к самому кораблю.»

Они пошли к тому месту, где стояла их лодка, а лодки не было; буря ее в море снесла. Пятница стал плакать, волосы рвать и руки ломать. Робинзон и говорит ему: «чего ты, Пятница, плачешь?» А Пятница говорит:

— Как мне не плакать? На чем я теперь поеду к своему отцу?

А Робинзон говорит:

«Стыдно тебе, Пятница, плакать. Богу так угодно,—нужно слушать его.» Пятница стало стыдно, и он сказал: «ну, хорошо, и больше не стану плакать.» Робинзон и говорит: «Пятница! давай сделаем плот, и на плоту поедем к кораблю.» Стали они плот делать; весь день и половину ночи работали. Поутру сели и поехали к кораблю. Когда приплыли, Робинзон увидел, что корабль на мелкое место стал, и стащить его нельзя было, потому что крепко засел в песок.

Пятница очень боялся лезть на корабль, думал, что козел опять его ударит. Однако козел и встать не мог, потому что три дня ничего не ел. Робинзон дал ему есть; козел ел очень много, и когда наелся, стал по кораблю бегать и скакать. Робинзон пошел смотреть, что было на том корабле. Он увидел целый куль сухарей, муки, жита, вина, увидел много ружей, пороху, дроби, топоров, пил, одежды разной. Робинзон всему был очень рад. Пятница смотрел на все и не понимал— на что это годится.

Они взяли на первый раз боченок пороху и дроби, два кафтана, двое штанов, две пары сапог, рубах, два топора, две пилы, взяли бумаги, перьев и чернил, огниво, кремень и трут, бочку сухарей и козла.

Они обедали на корабле. Робинзон дал Пятнице вилку и нож. Пятница не знал, что делать с вилкою; Робинзон показал ему.

Потом они поплыли к берегу. Робинзон пошел за кусты и нарядился в офицерскую одежду. Пятница так увидел его—не узнал, думал чужой. Робинзон дал и ему нарядиться, только Пятница не знал как это сделать: шаровары надевал на голову, а в рукава просовывал ноги. Робинзон помог ему одеться, и Пятница, как посмотрел на себя, начал смеяться и прыгать. Потом Робинзон показал ему, как нужно лицо держать; они срубили дерево и сделали мачту и весла, чтобы плот плавал скорее.

Робинзон послал Пятницу в пещеру подоить лам, а сам зарядил ружье. Когда Пятница пришел, Робинзон сказал ему: — «Смотри, Пятница, видишь ястреб летает: Он упадет.»

Робинзон прицелился и выстрелил. Пятница очень испугался и упал на колени. Робинзон и говорит:

— «Чего ты боишься?» И показал ему—отчего ружье стреляет; при нем зарядил ружье, поставил доску и выстрелил. Пятница опять чуть не упал; очень удивился, и сказал: «Белые люди много хорошего выдумали,—живой огонь выдумали!»

На другой день они опять поплыли к кораблю. Взяли на плот пушку, мешок ржи, ячменя и гороху, ящик гвоздей, другой боченок пороху и дроби, большой парус и оселок. Когда все свезли на берег, поплыли к кораблю в другой раз, взяли золото и драгоценные камни. Пятница и говорит:

— «Робинзон, зачем ты берешь это золото и драгоценные камни? На острове никто не живет, и покупать нечего, да и не у кого.»

А Робинзон и говорит: «я для того это беру, что может быть, найдется когда-нибудь хозяин этим вещам, и я ему отдам их и он будет очень рад.» Он забрал в этот раз все писаные бумаги, свечи, набрал еще пил, топоров, заступов и поплыли к берегу.

Когда приплыли, Робинзон и сказал Пятнице: «дай, сошьем из полотна палатку, а то дождь пойдет и порох промочит.»

Пятница скоро выучился шить и они из паруса палатку сделали.

Робинзон зарядил пушку большим ядром и пустил его по морю; ядро зарыгало и очень далеко полетело. Пятница и говорит: «Ведь тысяча диких испугается и разбежится, если пустить в них такое ядро. Они будут думать, что это их бог Тупали свой гром посылает.»

Вечером Робинзон зажег свечу и стал разбирать писаные бумаги. Он ничего не разобрал, потому что бумаги были писаны на испанском языке; а этого языка не понимал. Он понял только, что корабль плыл в Азию и вез 100 невольников, чтобы там их продать.

Робинзон спрятал все эти бумаги, золото и драгоценные камни, и говорит: «пускай лежит, может им хозяин найдется.»

Еще 6 дней они плавали на корабль, по два и по три раза в день; 16 раз съездили и взяли с корабля все, что там было. Когда поехали в 17 раз, начался ветер; они хотели скорее до берега доплыть и не успели; буря опрокинула плот, все что на плоту было попадало в воду и потонуло, и Робинзон с Пятницей упали в воду. Пятница очень хорошо плавал, а Робинзон ухватился за доску и на ней плыл; доску волной вырвало и Робинзон стал тонуть. Пятница нырнул, схватил его за пояс левой рукой и насилу доплыл с ним до берега. Робинзон лежал как мертвый; Пятница очень испугался и не знал, что делать. Робинзон лежал с час без чувств и потом открыл глаза.

X

Робинзон выпил вина, что с корабля взял, и ему стало легче. Он заснул и спал очень хорошо. На другой день он пошел посмотреть на корабль, но корабля не было: его разбило бурей и он совсем развалился.

Они думали, как бы им все перенести домой. Робинзон и говорит: «мы так сделаем: поутру ты будешь стеречь все добро,—а после обеда я, —а то как придут дикие, могут все растащить».

Они зарядили все шесть пушек и оборотили их к морю и около них палатки поставили, чтоб можно было стрелять.

Потом начали перевозить с берега в пещеру все, что взяли с корабля. Собака тоже возила, потом Робинзон взял своих лам и что потихоньке было, перевозили на них.

Они построили себе из досок небольшой домик и окна из стекол сделали,— стекла взяли на корабле. Робинзон и говорит Пятнице: «сделаем деревянные ворота и мост; мост на петлях сделаем, чтобы подымался и опускался.»

Они сделали ворота и мост; а перед воротами поставили две пушки.

Потом они начали жать индийскую рожь, ее много росло на острове; вместо серпа Робинзон жал старой саблей; потом пришло время копать картофель, когда выкопали, начали молотить индийскую рожь; когда намолотили, стали тереть в маленькой ручной мельнице, которую на корабле взяли.

Они напекли сухарей из индийской ржи и из настоящей ржаной муки; из ржаной сухари вышли лучше и Робинзон сказал Пятнице: «Пятница давай посеем настоящей ржи, она лучше пригодится индийской.»

Они посеяли настоящей ржи, а жать ее можно было два раза в год.

Робинзон и говорит Пятнице: «давай построим кузницу и будем ковать заступы, гвозди, ножей наделяем.»

Началась дождливая погода. Робинзон над кузницею из досок построил навес. и им можно было работать; они сделали плуг, наковали кольев для бороны, и когда дожди кончились, они запрягли лам в плуг, вспахали землю и насеяли ржи, ячменю и гороху. Они жили так с полгода. Раз утром Робинзон послал Пятницу на берег за раковинами, а сам дома остался — печь поправлять. Смотрит, Пятница очень шибко бежит, спотыкается. Когда прибежал, дух захватило, не может ничего сказать, только кричит: «приехали, они приехали.» Робинзон спрашивает его: «кто приехал?» А Пятница кричит: «две, три, шесть лодок приехало.» Робинзон побежал на гору и видит. У берега шесть лодок и на них очень много диких. Он побежал вниз и говорит: «ну, Пятница, бери ружья, одну пушку и скорее пойдем туда, где дикие сидят.» Они взяли шесть ружей, зарядили их, и обошли кругом горы, чтобы их дикие не заметили. Робинзон и сказал: «пойди, Пятница, посмотри, что они делают?» Пятница подкрался к диким, осмотрел все, пришел и говорит Робинзону: «дикие огонь разложили, а сами кругом сидят, и на огне человека жарят, а другой с большой бородою лежит на земле связанный, пойдем Робинзон скорее!» На берегу был небольшой лесок, они этим леском подошли близко к диким и дикие их не видали. Робинзон направил пушку так, чтобы ядро пролетело выше голов диких, и выстрелил. Дикие сначала все испугались, разбежались, а потом, когда увидали, что никого нет, подумали, что гром ударил и опять собрались и стали кричать и плакать вокруг огня. Робинзон и говорит: «стреляй, Пятница,» Оба выстрелили из ружей: убили троих, а пятерых подстрелили; выстрелили еще по разу и еще троих убили. Потом побежали к диким: Пятница стал бить их, а Робинзон подбежал к человеку, что лежал на земле связанный, развязал веревки, спросил у него сперва по немецки, а после по английски: «кто ты?» Тот сказал ему: «я Испанец.» Робинзон дал ему выпить вина, дал ему еще пистолет и саблю. Испанец стал биться с дикими и многих побил. Тут на него напали двое диких и чуть его не убили. Робинзон одного застрелил, а другому саблей голову разрубил. Дикие увидали, что много земляков побито, сели на лодку и уплыли. Пятница и Испанец хотели их догонять, а Робинзон сказал: «будет вам, много и так побили.» А Пятница говорит: «нужно и тех убить, потому они поедут домой и приведут много диких и они нас убьют и съедят.» А Робинзон сказал: «чего ты боишься? — у нас есть пушки и ружья, а у них нет. Оставь их.»

Тут они пошли посмотреть, много ли убитых: всех убитых было 21 человек. Робинзон пошел посмотреть лодку, которую бросили дикие, и увидел там связанного старого дикого. Он его развязал и позвал Пятницу, чтоб тот заговорил с ним на своем языке. Пятница, как увидал дикого, стал его обнимать и лизать в лодке. Робинзон спросил, зачем он так радуется? Пятница говорит: «это мой отец.» Робинзон дал ему вина и он стал отцу тело растирать там, где было веревками связано и распухло.

Робинзон спрашивает: «дал ты отцу хлеба?»—а Пятница говорит: «дурак, сам все поел.» и выскочил из лодки и побежал; скоро потом вернулся и принес сыру и хлеба, дал своему отцу и Испанцу. Потом Пятница положил Испанца в лодку, а Робинзон стащил в другую — пушки, ружья и копья, что остались после диких, и все поплыли под берегом к тому месту, где пещера была.

Когда старого дикаря и Испанца принесли в пещеру, то им дали поесть; они поели и заснули. Когда встали, то Робинзон и говорит Испанцу: «Как ты к диким попал?» А Испанец и говорит: «У нас был корабль и мы плыли в Азию, везли туда 100 невольников продавать; 20 человек померло дорогою, стало только 80. Поднялась буря и ночью нас выбросило на какое-то мелкое место; мы начали из пушек палить, но никто нам помощи не подавал. Невольники отняли у нас ружья; взяли все лодки и хотели нас на корабле оставить, а сами уплыть на лодках; мы стали их просить и они взяли нас к себе на лодки. Поутру мы приплыли куда-то на остров, там были дикие и они нам обрадовались, и кормили нас рыбой. Мы у них полгода жили. Приплыли раз другие дикие и стали с нами воевать, многих наших побили, а троих взяли в плен: меня, отца Пятницы и еще одного дикого, которого съели.» Робинзон и говорит: «пойдем, я тебе покажу кое-что». Он показал ему вещи, что с корабля забрал. Испанец и говорит, «эти вещи на нашем корабле были: золото все одного купца, а драгоценные каменья один офицер вез с собою и на дороге помер, а их заказал жене своей в Англию свезти». Робинзон и говорит: «эти вещи я берегу пуще глаза; случится с кем послать в Англию,—пошлю».

XI

На другой день они сожгли побитых диких. Пятница сказал своему отцу, что грешно и дурно быть людоедом. Сначала старый дикий не знал, отчего грешно. Пятница ему рассказал, что есть истинный Бог и что почитать болванов не годится, и отец поверил Пятнице. Робинзон назвал отца Пятницы Генсергом.

Когда сожгли всех убитых, Робинзон и говорит: «Испанец! поезжай ты туда, где твои земляки живут и привези их с собою, им будет хорошо с нами.» Испанец говорит: «хорошо; как же я один поеду?» А Робинзон говорит: «возьми с собою Четверга.» Испанец говорит: «ну что ж, завтра поедем.» Робинзон говорит: «нет, завтра не ездите. Сперва нужно вспахать землю и хлеб посеять, чтобы было, что твоим землякам есть, когда приедут.»

Они стали пахать и хлеб сеять, через две недели работу кончили и стали в путь собираться. Робинзон написал им грамоту, написал так: «кто хочет жить на моем острове, должен меня слушать и исполнять все, что я прикажу; а если не будет слушаться и работать, то его прогоню.» Испанец взял лодку, сел с Четвергом, и они поехали. Пятнице очень скучно было без отца; Робинзон ему и говорит: «что ты скучаешь, Пятница? пойдем на охоту.» Они пошли на охоту и увидели пещеру; Робинзон и говорит: «полезай, Пятница, посмотри, что это за пещера.»

Пятница полез, только всунул голову, закричал и побежал, что есть духу. Робинзон вернул его и спрашивает: «чего ты испугался?» Пятница и говорит: «ах, Робинзон! там сидит черт: у него большие глаза, а рот такой большой, что разом и тебя и меня съест.» А Робинзон говорит: «пойди домой и принеси фонарь.» Когда Пятница принес фонарь, начал просить Робинзона что бы не лазить в пещеру, а Робинзон говорит: «ползу, чего ты боишься?» Он полез в пещеру и увидел старого козла, он уже отошел от старости и подняться не мог. Робинзон начал осматривать пещеру, а Пятница подошел к козлу, он уже его не боялся. Когда осмотрели пещеру Робинзон и говорит: «вытащим козла» Стали вытаскивать, смотрят—он охолодел. Робинзон с Пятницей затащили его вон из пещеры. Через 8 дней после отъезда Испанца и Четверга. Пятница прибежал к Робинзону и говорит: «пойдем на гору, — мой отец плывет!» Робинзон пошел на гору, посмотрели, видят — плывет большая лодка, а в ней сидят люди. Он говорит: «это не наши будут, — то Англичане, а может разбойники морские.» Поехали на другую гору посмотрели. Они пошли на другую сторону увидели—недалеко от берега стоит большой корабль. Пятница говорит: «пойдем, спрячемся в лесок; мы увидим, что они станут делать.» Робинзон говорит: «пойдем.» Спустились с горы и стали за деревьями; они все видели, а их не видать было. Лодка пристала к берегу, и из нее вышло 11 человек, а они вели троих связанных. Один высокий и говорит связанным: «Мы вас убьем», а связанные просить его стали: «не убивай нас, лучше оставь на этом острове; тут никто не живет, все равно с голоду помрем.» А высокий говорит: «ну, ладно, там посмотрим.» Робинзон, как услыхал, и говорит Пятнице: «поди принеси побольше ружей, пистолетов, пороху да пуль.» Пятница принес и они зарядили ружья. Трое связанных сидели, а все другие пошли ходить по острову, а иные спать легли. Когда заснули. Робинзон подошел к связанным, они сперва испугались, а Робинзон им говорит: «не бойтесь, скажите: кто вы такие?» Один из них и говорит: «я капитан корабля, а это мои помощники, — матросы не захотели нас слушать и хотели нас убить». Робинзон и говорит: «я вас спасу от смерти, только побожитесь, что свезете меня в Англию.» — они все побожились. Робинзон им и говорит: «матросы спят, перевяжем их.» Они потихоньку подкрались и перевязали матросов, двое остались и выхватили сабли. Капитан им говорит: «или вы не видите, что ваши товарищи связаны?..» Они увидали, упали на колени и стали просить помилования: «им тоже руки связали. Робинзон и говорит Пятнице: «отведем их в ту пещеру, где козла нашли». Они отвели всех туда и приперли вход большим камнем. Лодку вытащили на берег, и пробили в ней дыру, чтоб ее не могли взять, когда с корабля приедут. Тут на корабле из пушки выстрелили, чтоб те матросы, что на острове были, ворочались на корабль. Потом с корабля другая лодка приехала; из нее вышли тоже матросы и стали кричать, — по именам называть тех, которые прежде приехали. Сколько они не кричали, никто не являлся и они хотели вернуться на корабль. Робинзон и говорит Пятнице: «пойди в лес и кричи,— они будут думать, что это товарищи их— и пойдут на голос.» Пятница начал кричать и они все побежали на его голос, а около лодки только двоих оставили.

Робинзон и капитан с двумя помощниками тихо подошли к лодке, схватили караульщиков и связали их, а лодку в кусты спрятали. Когда все матросы собрались, они очень испугались, что лодки не нашли; тогда Робинзон послал к ним капитанского помощника. Помощник приплыл к ним и говорит: «король этого острова забрал нас всех в плен, идите и вы к нему, — а не пойдете, он 100 солдат вышлет и они вас убьют.» А один матрос и говорит: «а как мы пойдем в плен и нас убьют?» Капитан из-за куста закричал ему: «Ты, Аткинс, ты меня узнаешь? И вам говорю, идите в плен, — никого не убьют, только Аткинса убьют.» А Аткинс был тот самый высокий, что хотел убить капитана.

Они и все сказали: «хорошо, мы идем в плен,» — когда пришли, им всем руки завязали назад.

Капитан им говорит: «пойдем завтра на корабль и отнимем его у тех матросов, кто бунт подняли. Вы мне будете помогать, — а не станете помогать, так ваших товарищей, что на острове остаются, убьют». Они говорят: «хорошо, станем тебе помогать, только прости нас всех».

Робинзон и говорит капитану: «поезжай на корабль и как завладеешь им, из пушки выпали.» Капитан говорит: «хорошо.» Он взял половину матросов и поехал на корабль. Робинзон думал, что капитана убили: долго ничего не было слышно, а ночь была темная. Тут выстрелили из пушки; Робинзон был очень рад, что капитан отбил корабль и что на нем он скоро домой, в Европу, поедет. Он до света стоял на горе и все глядел на море, чтоб корабль видеть. Когда рассвело, Робинзон увидел, что корабля нет; он и говорит Пятнице: «капитан обманул нас и уехал с своим кораблем! Теперь нас те матросы, что в пещере сидят, — убьют.» Пятница говорит: «это правда.» Когда они говорили, слышат—идет кто-то, они оглянулись, видят, капитан с матросами идет. Робинзон очень обрадовался и говорит: «капитан, я думал ты обманул нас. Где же твой корабль?» А капитан говорит: «я его на ту сторону острова перевел, там ему стоять покойнее. — не такой ветер.» После этого Робинзон пригласил капитана с матросами к себе обедать. За обедом Робинзон рассказал капитану, как он на остров попал и как прожил тут целые двадцать лет. Капитан очень удивлялся, он и говорит: «Робинзон, когда ты поедешь домой?» Робинзон говорит: «погоди приедет Четверг и Испанец, тогда и поеду.» Капитан ему говорит: «а что делать с Аткинсоном и другими матросами?» Робинзон и говорит: «ты их прости и оставь их жить на этом острове.»

Капитан говорит. «хорошо!» Пятница сказал матросам, что их не будут убивать, и они были очень рады. Робинзон им и говорит: «я вам скот и ружья, все оставлю, только будьте хорошими людьми.» Матросы сказали: «будем хорошими.» Тут Пятница прибежал и сказал, что Четверг и Испанец приехали. Робинзон пошел посмотреть и увидел, что приехали с Четвергом два Испанца и две дикие женщины. Робинзон и говорит: «зачем эти женщины приехали сюда?» А Испанец говорит: «мои земляки женились у диких; это их жены; они хотят тут на острове остаться.» Робинзон говорит: «оставайтесь.»

Потом стал собираться в дорогу: взял кафтан и штаны из ланьих кож, копья, лук и каменные топоры, что сам понаделал, когда один жил, взял золото и драгоценные камни, что на корабле нашел, и свой кусок золота взял.

Все это перенесли на корабль. Когда совсем собрались, Робинзон помолился Богу, сел на корабль, взял с собою двух лам, попугая и собаку; с ними поехали Четверг и Пятница. На острове осталось 6 Англичан и два Испанца с женами.

Робинзон плыл благополучно и через месяц они пришли в Испанию, в город Кадис. Здесь он отыскал купца и отнес ему то золото, что с корабля взял и говорит ему: «вот твое золото целый год берег.» А купец говорит: «Ты меня от большой беды избавил, меня за долги хотели в тюрьму посадить, возьми себе половину золота.» Робинзон говорит: «мне твоего золота не нужно, у меня и свое есть.» Из Кадиса он поехал в Англию, в город Портсмут. На дороге умер Четверг, Пятница очень плакал. Ламы тоже издохли. Когда приехали в Портсмут, Робинзон отыскал вдову того офицера, что умер на испанском корабле, и отдал ей драгоценные камни. Она была очень бедна и жила Христа ради; Робинзона она очень благодарила, что он ее от нищеты избавил. Из Портсмута Робинзон нанял корабль до Гамбурга. Они ехали хорошо и уже были близко от Гамбурга, вдруг сделалась буря и корабль разбило. Люди спаслись на лодках, а все, что было на корабле, потонуло, и золото Робинзона потонуло, только собака осталась, — она плыла за лодкой. Робинзон, как приехал с Пятницею в Гамбург, пошел к отцу своему. Отец его не узнал сперва; он уже был старик, плохо видел и когда узнал, то заплакал и Робинзон заплакал. Робинзон и говорит: «батюшка, а где мать моя?» А отец ему говорит: «она померла, все хотела тебя видеть.» Робинзон и говорит: «глуп я был, что поехал путешествовать; слава Богу, что вернулся домой.» Он рассказал отцу, как он на остров попал и как прожил там двадцать лет.—Отец очень удивился ему и всегда охотно слушал рассказы о приключениях своего сына. Робинзон стал плотником, он вместе с Пятницею работать на пристани; работы у них всегда было много, потому что работали они хорошо. Они прожили долго, нажили себе много денег. Скоро умер отец Робинзона, а за тем умер и Пятница. И остался Робинзон опять таким же одиноким, каким был, когда жил на острову.